Серебряный век атомной энергетики. Часть II.

Первооткрыватели

Об открытии урановой руды официально объявил профессор Иван Александрович Антипов в 1900 году на заседании Петербургского минералогического общества.
Позднее в материалах Академии наук будет официально отмечено, что в России честь первых работ по изучению радиоактивных минералов принадлежит именно профессору И. А. Антипову, а также профессору Томского университета П. П. Орлову и профессору Московского университета А. П. Соколову. Среди первых российских исследователей атома были также В. А. Бородовский и Л. С. Коловрат-Червинский, работавший в лаборатории Кюри.
В декабре 1907 года (года смерти Дмитрия Ивановича Менделеева) на первом Менделеевском съезде, организованном в его память Русским физико-химическим обществом, прозвучал доклад Василия Андреевича Бородовского «об энергии радия».
В апреле 1908 года приват-доцент В. Бородовский будет направлен в командировку за границу и станет первым русским ученым, изучающим радиацию в Кавендишской лаборатории Кембриджского университета, где тогда работали профессора Д. Томсон и Э. Резерфорд. Впоследствии тот же путь проделают несколько советских ученых, а Кавендишская лаборатория превратится в международный научный центр физических исследований.


Радиевая экспедиция Академии наук вела активный поиск радиоактивных минералов в Средней Азии, Забайкалье, на Урале и в Закавказье. Правительство Австро-Венгрии, установившее практически монополию на добычу радия, ввело в 1913 году запрет на вывоз радиоактивных материалов за пределы страны, а значит, вопрос поиска российского радия, актиния и тория накануне Первой мировой войны из чисто научного превратился в стратегический. Геологоразведочные работы продолжились в Сибири, на Северном Урале и в Архангельской губернии.

Но средств для геологических и лабораторных исследований по-прежнему не хватало, ассигнований, выделяемых государством, Академии наук было недостаточно для продолжения радиевой программы. Вместо запрашиваемых 46 тыс. рублей Академия наук смогла выделить Радиевой экспедиции лишь 16 тыс., из которых более трети были частными пожертвованиями.

Помогала лишь фантастическая способность В. Вернадского объединять ученых, инженеров и привлекать к проектам государственных деятелей, крупных российских предпринимателей. Пригодились и политические связи — Вернадский был членом ЦК Конституционно-демократической партии, представлявшей в Госдуме интересы крупной и средней буржуазии.

Банкир, текстильный магнат, известный московский меценат Павел Павлович Рябушинский согласился организовать у себя в особняке на Пречистенском бульваре собрание известных ученых и московских предпринимателей. Вечером 1 (14) ноября 1913 года состоялась знаменитая встреча, на которой П. П. Рябушинский попросил академика Вернадского, а также известного химика Н. А. Шилова и профессоров Я. В. Самойлова, В. Д. Соколова и В. А. Обручева (будущего автора «Плутонии» и «Земли Санникова») рассказать собравшимся представителям крупного московского бизнеса о перспективах использования радия в медицине и промышленности, а также о его сверхвысокой стоимости, которая может гарантировать рентабельность добычи.
Шилов прочитал небольшую лекцию и показал опыт с препаратами радия, академик Вернадский прочитал доклад «О радии и его возможных месторождениях в России», упомянув новые мощные источники атомной энергии.

«Энергетический» аргумент подействовал на предпринимателей эпохи начала массовой электрификации производств. Но тут же возник юридический вопрос о правах частных инвесторов и компаний на месторождения радия: существовал риск, что государство будет затягивать с разрешениями на разработку и, возможно, монополизирует право на освоение урановых рудников. К сожалению, такие опасения представителей бизнеса оказались не напрасны.

Академик Вернадский получил финансирование. На средства Рябушинского были организованы экспедиции в Среднюю Азию и Забайкалье, поиск месторождений продолжился. Императорская академия наук ходатайствовала в Государственной думе о решении юридических вопросов для работы с радием. Встречи предпринимателей и ученых в доме П. Рябушинского продолжились и в следующем году.

К началу 1914 года в России уже действовали четыре радиологические лаборатории. 25 января (7 февраля) 1914 года Совет министров Российской империи одобрил ассигнования на исследование месторождений и приобретение радия для научных и медицинских учреждений. Но уже 27 мая (9 июня) 1914 года в Думу вносится законопроект о «признании за государством исключительного права на добывание радия».

Интересный факт. Неудивительно, что в том же, знаковом для российской науки 1911 году, 9 (22) мая, в Санкт-Петербурге произошло еще одно чрезвычайно важное событие в области использования человечеством электромагнитных волн. Российский инженер Борис Львович Розинг, подававший ранее заявку на изобретение «способа электрической передачи изображений на расстоянии», впервые в мире смог осуществить передачу и прием телевизионного сигнала и получил четкое изображение на приборе, который стал прототипом кинескопа телевизора. Именно на заседании Русского технического общества, в момент публичной демонстрации работы электронно-лучевой трубки с экраном и действия электромагнитных полей, на планете Земля началась эра телевидения.
Первая мировая война. 15 (28) июля 1914 года австро-венгерская тяжелая артиллерия начала обстрел Белграда, а регулярные части армии Австро-Венгрии пересекли сербскую границу. Россия вступилась за Сербию и объявила всеобщую мобилизацию. Началась Первая мировая война, в которой погибли более 10 млн солдат, примерно 12 млн мирных жителей, в основном европейских государств, и около 55 млн человек были ранены.

Мировая война затруднила фундаментальные исследования и взаимодействие ученых. Некоторые российские ученые призывали разорвать научные контакты с Германией и Австрией, преподаватели и студенты университетов записывались добровольцами в действующую армию. Отправился на фронт заниматься химической защитой войск и эвакуацией раненых и один из учеников и соратников Вернадского — Виталий Григорьевич Хлопин.

Ученые Императорской академии наук сосредоточились на решении задач, важных для армии, и переводе экономики на военные рельсы. Военный министр Владимир Александрович Сухомлинов активно способствовал внедрению в армии новых видов вооружений и техники. Ученые и инженеры, работавшие для нужд фронта и тыла, получили поддержку государства и крупного бизнеса.

Поиск урановых месторождений и прикладные исследования радия продолжились уже под контролем Военного министерства. Во время войны сотрудник Радиологической лаборатории Л. А. Чугаев опубликовал результаты своих исследований в работе «Радиоэлементы и их превращения». Был сделан еще один шаг к открытию ядерных реакций.

Участие в масштабной войне требует ресурсов и запасов стратегического сырья для производства вооружения и боеприпасов, в том числе и химического оружия. Под руководством академика Вернадского создается специальная Комиссия по изучению естественных производительных сил России, в задачи которой входят: поиск новых месторождений, организация прикладных научных исследований и производств.

В рамках этой комиссии образуется отдел энергетики, ставший впоследствии Энергетическим институтом АН СССР. Именно в этом отделе в 1916 году разрабатывается подробный план развития электроэнергетики России и масштабной электрификации ее экономики. Реализации плана 1916 года помешали две революции и две войны: Первая мировая и гражданская. Он был полностью реализован уже в СССР и получил название ГОЭЛРО.

Невиданная по масштабам кровавая бойня Первой мировой заставила многих известных ученых задуматься о моральных аспектах своей деятельности и о том, что их открытия несут серьезную опасность для человечества.


Среди них был и В. Вернадский, который в год окончания гражданской войны написал: «Недалеко то время, когда человек получит в свои руки атомную энергию, такой источник силы, который даст ему возможность строить свою жизнь, как он захочет. … Сумеет ли человек воспользоваться этой силой, направить ее на добро, а не на самоуничтожение? Дорос ли он до умения использовать ту силу, которую неизбежно должна дать ему наука? <…> Ученые не должны закрывать глаза на возможные последствия их работы. <…> Они должны связать свою работу с лучшей организацией всего человечества».


Красный террор. Революция 1917 года и начавшаяся вслед за ней гражданская война чуть не привели к полной катастрофе российской науки. С 1918 года и до начала 1930-х русская научная и творческая интеллигенция была объектом политического красного террора. Люди, относившиеся до революции к определенным классам и социальным слоям, подлежали уничтожению.


Преподаватели университетов в крупных городах и даже академики Императорской академии наук, оставшиеся после октябрьского переворота 1917 года в Петрограде, не получали продовольственных карточек и пайков. Очень многие русские ученые не пережили зиму 1918/1919 года и умерли от голода.

Нарком просвещения А. В. Луначарский весной 1918 года называл российские университеты «кучей мусора» и утверждал, что «старая школа себя изжила».

Академики и члены-корреспонденты Академии наук подверглись арестам, некоторые из них были расстреляны. В июле 1921 года был арестован и академик Вернадский. Ему грозила смертная казнь по так называемому «делу Таганцева», сфабрикованному ВЧК, когда массовым расстрелам подверглись представители научной и творческой интеллигенции. Вернадского тогда спасло ходатайство его коллег перед Дзержинским.

По этому делу было арестовано 833 человека, среди них — выдающийся поэт Николай Гумилев, место расстрела и захоронения которого так и осталось неизвестным.

Затем по инициативе Ленина было принято постановление «о высылке из страны наиболее активных контрреволюционных элементов из среды профессоров, философов, врачей, литераторов», и был «Философский пароход» 1922 года. Серебряный век атома, заложивший фундаментальные основы и открывший прикладные направления ядерных исследований, заканчивался.
Заключение. Несмотря на красный террор и «культурную революцию», наука выжила, и атомный проект не умер. Каким-то чудом академику Абраму Федоровичу Иоффе и профессору Михаилу Исаевичу Немёнову удалось добиться в марте 1918 года подписания декрета о создании первого в мире Государственного рентгенологического и радиологического института, радиевый отдел которого возглавил ученый Л. С. Коловрат-Червинский.

Исследования продолжались и в Петроградском университете. В 1919 году профессор Дмитрий Сергеевич Рождественский отчитался о достигнутых результатах докладом «Спектральный анализ и строение атомов». Был сделан еще один шаг на пути создания квантовой теории света и модели атомного ядра.

В 1922 году по инициативе академика Вернадского на базе Радиохимической и Радиевой лабораторий Академии наук и радиевого отделения Рентгенологического института был создан Радиевый институт. Сейчас это старейшая организация, входящая в госкорпорацию «Росатом» — АО «Радиевый институт имени В. Г. Хлопина».

Возглавил институт сам Вернадский, а в 1939 году его сменил на этом посту его ученик академик АН СССР В. Хлопин.

В 1937 году в Радиевом институте группа И. В. Курчатова, Л. В. Мысовского и М. Г. Мещерякова запустила первый в Европе циклотрон, а в 1940 году сотрудниками института Г. Н. Флеровым и К. А. Петржаком было открыто явление спонтанного деления ядер урана.

К сожалению, из-за революции, гражданской войны, красного террора, репрессий и ограничений на заграничные контакты отечественная физическая наука потеряла два важных десятилетия. Руководство РККА — Троцкий, Ворошилов, Тухачевский, Егоров, Тимошенко и прочие, — в отличие от царского министра Сухомлинова, не оценили информацию о значении атомной энергии и отказались от предложения физиков-атомщиков начать разработку ядерного оружия. Академику Вернадскому также было очень сложно убедить Сталина и Молотова начать промышленную добычу урана.

Наша страна в течение многих лет после революции догоняла мир, вместо того чтобы стать первой державой, овладевшей энергией атома. Россия получила горький урок: идеология перманентной революции, некомпетентность власти и пренебрежение наукой вредят развитию государства и ставят под угрозу его безопасность.

Академик Вернадский совсем немного не дожил до воплощения своих идей в атомной энергетике, а также до создания (и боевого применения) ядерного оружия. Он скончался в Москве 6 января 1945 года, когда части 2-го и 3-го Украинских фронтов штурмом брали Будапешт, а войска 1-го Белорусского фронта готовились к освобождению Варшавы. Всего четыре месяца оставалось до Победы, меньше года — до запуска в Москве академиком И. Курчатовым первого в СССР ядерного реактора и четыре с половиной года — до триумфа советских физиков-ядерщиков и успешного испытания атомной бомбы РСД-1.

Золотой век российского атома начнется в середине 1940-х годов и будет продолжаться почти всю вторую половину ХХ века. Великие достижения и страшные трагедии той эпохи заставляют помнить о необходимости просвещения и нравственного развития общества, а также о том, как важно, чтобы и власти, и граждане страны понимали огромную ценность научных исследований и технического прогресса.
Источник фото:
149

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!