Матрена Гончарова: "Мне всего 21-й год, а на голове уже седые пряди"

Нововоронежский городской портал v-novom.ru продолжает серию публикаций об участниках Великой Отечественной войны. Матрена Петровна Гончарова рассказала, о чем думаешь, лежа в окопе под минометным огнем.

До войны я училась в железнодорожном колледже. Летом приехала к родителям. Помню, просыпаюсь 22 июня: мама хлопочет по хозяйству, а глаза мокрые от слез. Сказала, что началась война. Я сначала не поверила, ведь недавно Сталин с Гитлером заключили пакт о ненападении. В Аленовке новости узнать было очень трудно, даже радио не было. Вечером с работы пришел отец и подтвердил новость.

Все разговоры в то время были только о войне. Кто-то говорил, что наша армия сильная и немцев скоро прогонят. Кто-то не мог до конца поверить в происходящее. Многие сразу же ушли на фронт добровольцами. Нас, подростков, в армию не взяли, оставили в тылу. Работали в колхозе «Коммунар» на уборке урожая.

В мае 1942 года к председателю зашла группа наших солдат. Все грязные, голодные. Их накормили, дали тазики и воду — помыться. Они рассказали про фронт, про издевательства над советскими солдатами в немецком тылу. Я испугалась, что немцы тоже придут к нам и будут издеваться. Решила – лучше смерть. После своего совершеннолетия, в конце ноября, ночью сбежала из дома на фронт.

Зачислили меня в 141-ю стрелковую дивизию связистом. Мы обороняли Селявное, Михайловку, Аленовку, Каменку. В январе 1943-го наша дивизия начала наступление в районе Сторожевского плацдарма. Немцы стояли на горе, а мы внизу. Наступать было трудно, так как наша линия обороны хорошо просматривалась. Но дивизия с такой яростью лезла на горы, что в итоге немцев выбили, освободив Сторожевое 1-е. Это и было мое боевое крещение.

А 13 июля 1943-го — уже танковый бой под Прохоровкой. В самом бою участия не принимали, но находились рядом. Нас не покидало ощущение, что горело небо и земля. Помню, как ходили по месту сражения после боя. Везде обгоревшие танки, самолеты, пушки. Все это вперемешку с обожженными, убитыми, раненными солдатами.

Нашу дивизию перебросили в Сумскую область на северо-восток Украины. Там я впервые увидела, как немцы издевались над пленными. Помню, однажды мы пошли в наступление и отвоевали какую-то деревню. Но соседний батальон не выдержал темпа и сильно отстал — получился разрыв линии фронта. Этим воспользовался противник. Немцы зашли к нам в тыл, начали бить спереди и сзади. Пришлось отступить, потеряв много бойцов. На следующий день мы все же прорвали оборону и заняли деревню. А в ней увидели страшную картину: кому уши отрезали, кому нос. У одного из груди торчал штык. А кого-то повесили прямо на дверях хат, заминировав входы.

Там же, в Сумской области, наш батальон попал в ловушку. Мы отбили населенный пункт, за которым немцы вырыли окопы. По приказу комбата расположились в них. А оказалось, что окопы пристреляны, и немцы всю ночь обстреливали нас из минометов. Я уже тогда по звуку могла определить, какая мина упадет левее, какая правее. И так всю ночь вслушивалась. Думала: вот следующая точно моя. Но Бог миловал. Утром увидели, какие потери понесли. Одна из мин попала прямо в окоп комбата.

В 1943-м нашу дивизию перебросили к Днепру. Знаменитые днепровские переправы. С боем захватили приднепровский плацдарм. Каждый вырыл себе в песке окопчик и сидел в нем. Время осеннее, холодно. Я, да и все солдаты, промерзли до костей, потому что сидели без движения. Подняться нельзя – немецкие снайперы разом сносили голову. Кухня приезжала раз в сутки, ночью. Кормили скудно: кусок хлеба и холодная соевая похлебка.

В 1944-м воевала в Европе. Освобождала Будапешт, Леобен. Шестого мая меня и мою подругу Нину Березовскую отправили с опергруппой. Нам показали в горах замок, необходимо было установить в нем радиостанцию. Дежурили мы на определенной волне, переходить на другую строго воспрещалось. А накануне вечером ко мне подошел один юноша из штабных и сказал, что 8-го мая в 24 часа войне конец. Как раз восьмого выпала моя очередь дежурить. Нина спала. Когда подошло время – 24часа, я не выдержала и настроилась на Москву. Услышала голос Левитана, который объявил об окончании войны. Я как закричала: «Нинка, вставай! Война кончилась!». Она тут же вскочила. Мы начали обниматься, кружиться, хохотать. Эту радость не описать словами, ее надо пережить.

Демобилизовалась в 45-м году. В декабре вернулась домой. Мне шел всего 21-й год, а на голове уже пряди седых волос.

Досье v-novom.ru:

Гончарова Матрена Петровна родилась 18 ноября 1924 года в селе Новая Аленовка Левороссошанского района Воронежской области (сегодня – территория Каширского района). Отец Матрены работал на авиационном заводе, мать в колхозе.

После Новоаленовской неполной средней школы окончила два курса железнодорожного техникума в Воронеже. В 1942-м ушла добровольцем на фронт. Демобилизовалась в 45-м в Германии.

Награждена орденом Отечественной войны второй степени и медалями «За Отвагу», За победу над Германией, За взятие Будапешта и многими другими.

Анна Литовская

Фото из личного архива героя

211

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!